wpthemepostegraund

Счастливые истории 5ч.

 15 Цифра

- Добрый вечер, абонент "e;2115"e;, пожалуйста…
Шуршание эхом отозвалось на его слова и тихо, где-то очень далеко, прозвучало…
- Говорите…
- «Привет! Я хочу увидеть тебя, последнее время мои мысли были заняты тобой… Я не могу спать… Везде жду и выглядываю тебя… Пожалуйста, позвони мне. Давай встретимся. Пожалуйста. Мой номер прежний – 365-15-97. Я жду».
- Это всё?
- Да. Пожалуйста, продублируйте это сообщение.
- Хорошо. Всего доброго.
- Спасибо.
Опустив трубку на рычаг, молодой парень тяжело вздохнул…
В оконном стекле мигнуло его отражение: высокая, спортивная фигура, темные волосы, челка, слегка небрежно прикрывающая глаза… Веселый. Красивый. Эгоист.
Что же я сделал? Что я сделал с ней?
Минуты ожидания плавно и мягко перебегали в часы… Время шло. Оно тянулось и летело, мчалось на крыльях…
Куда?
Бесцельно начав ходить по комнате, он стал вспоминать…
Как будто каждый предмет в этой квартире дышал ей…
Как же я раньше не заметил?
…Вот она стоит у окна, опираясь на подоконник, и пытается увидеть, куда уплывает это смешное, пушистое облако…
Поворачивается ко мне и улыбается. Улыбается как-то особенно. Глазами и сердцем. Так никто никогда мне не улыбался.
…Вот она смеётся и ловит, улетающие в свой мир, мягкие белоснежные снежинки. Маленькие и большие. Разные. Красивые.
…Или рисует, сосредоточенно сдвинув брови. Рисует смешную, улыбающуюся мордочку на снегу…
…Она всегда говорила, что каждое мгновение – особенное. Что нужно уметь беречь и ценить такие моменты.
В комнату забежал кот. Вернее это был маленький пушистый котёнок. Он был очень-очень похож на неё. Такой же смешной и нежный. У него были огромно-синие ласковые глаза. …Когда мне становилось грустно или что-то тревожило меня – она как-то умела доказать мне, что всё будет хорошо. Мне было странно, но я ВЕРИЛ ей. И ощущение, что кто-то разделит с тобой следующую минуту, было сказочным.
…Она считала, что мне очень подходит синий цвет, я улыбался, глядя на неё, и мне было интересно, как она докажет это. А она не доказывала. Она просто считала, что мне подходит синий цвет, и удивлялась, почему я этого не замечаю…
Телефон молчал, и от этого сильно болело сердце.
…Она просила никогда не обманывать её. Ей была важна Правда. Горькая. Любая. Настоящая.
Я не оправдал той надежды, которая светилась в её глазах, глазах, которые умели сиять и улыбаться…
Однажды, уехав в другой город на несколько дней, я забыл как мне дорога её улыбка и как тепло становиться на душе от прикосновения её маленьких ладошек… Забыл.
Заигрался.
Я изменил ей.
Когда я вернулся, то решил ничего ей не говорить. Решил, что она не узнает. Решил обмануть.
Но она чувствовала своей хрупкой детской душой то, что что-то произошло.
Она знала своей женской натурой, что это измена.
Она спросила и посмотрела на меня, прямо в глаза, в душу, но я не смог рассказать.
Мне почему-то показалось, что я смогу соврать ей.
Соврать смог. Но она не поверила. Если бы я сказал, если бы был искренен, то она бы простила.
Она ушла. Тихо.
Чуть позже я написал ей записку, в которой извинялся за доставленную боль, не отрицал и измену…
Записку всунул ей в дверь, не позвонив, хотя знал, что она дома.
Потом я решил, что она не достойна меня и начал вновь жить…
Жизнь плескалась и искрилась, было много музыки, пива, разного рода развлечений…
Сначала мне показалось, что я был в каком-то помутнении, решив извиняться и оправдываться перед этой девушкой, но затем всё чаще и чаще мне хотелось увидеть её. Просто. Где-нибудь. На улице. В магазине. Просто заглянуть в её глаза в серебряном ободке…
Где-то резко и противно зазвонил телефон…
Телефон! Это она! Точно!!!
- Здравствуй!
- Здравствуй!
- Знаешь, мне на пейджер пришло сообщение с просьбой позвонить по этому номеру.
- Да, это я сбрасывал.
- А ты кто?
- Это твой пейджер?
- Да. Я недавно его купила.
- Кто продал его тебе?
- Какой-то парень, по объявлению…
- А почему продал, не сказал?
- Сказал, что этот предмет причиняет много боли.
- Кому?
- Ему. Он сказал, что девушка, которая раньше владела им, недавно погибла и…
- ЧТО?
- Он сказал, что этот пейджер…
- Нет, я слышал. Что случилось с девушкой, которая раньше владела этим пейджером?
- Она погибла, кажется, попала под машину. Кто ты?
- А когда?
Что-то черное липкое и слепое залепило его глаза, и он не мог больше видеть, не мог дышать. Не мог говорить. Он больше не мог жить.
- Я не знаю. Я больше ничего не знаю. Да кто ты, наконец?
- Я – дурак. Я тот, кто сам отпустил свою белую мохнатую птицу с глазами в серебряном ободке…
Гудки гулким эхом отзывались в комнате…
Котёнок забрался к нему на колени и свернулся клубочком. Парень чисто механически запустил ладонь в его мягкую пушистую шёрстку. Тепло. Тепло здесь, на животике этого маленького ласкового создания, а вокруг, во всем этом огромном мире, вдруг резко похолодало. Замёрзло сердце, и застыли в глубине души слёзы…
Котёнок замурлыкал и заворочался, а потом посмотрел на него глазами, полными надежды и нежности…
Что-то невозможно большое заглотило душу этого человека… Он попытался проснуться, но не мог. Нельзя проснуться, когда не спишь.
Ему показалось, что весь мир только что сложился на его плечи. Все горести и вся боль. Всё одиночество и пустота.
Нельзя просто описать это состояние.
Как в немом кино перед его глазами завертелись картинки из чудесного фильма…
Она улыбается. Она хмурится. Она серьёзно что-то доказывает, а потом начинает весело смеяться и как-то тепло становиться от её смеха. Она задумалась. Она что-то пишет. Она смешно поднимает бровь. У неё глаза сияют.
ОНА ЖИВЁТ!!!
Было уже поздно, но ему не хотелось спать. Он открыл окно, впустив морозный воздух, и курил, курил, курил… Курил, хотя обещал ей этого не делать. Он решил, что утром обязательно сходит к её родителям и брату…
Ему нужно знать, где она теперь…
… Позвонив ещё несколько раз, он отошёл от двери…
Сколько раз я провожал её? Сколько раз целовал на этой площадке?
Сколько раз она встречала меня счастливой улыбкой и сиянием глаз?
Немного…, но это были очень яркие мгновения, о которых никогда не забыть…
Ему почему-то хотелось дождаться кого-нибудь, во что бы то ни стало…
А пока он решил сходить туда, где они часто бывали вместе…
Скрипя по свежему, рассыпанному по земле, серебру он вспоминал как они играли в снежки, словно маленькие дети…
Проходил там, где они часто назначали встречу. Ему показалось, что она смеётся где-то рядом… Обернувшись, он увидел убегающую и смеющуюся девчонку, а за ней – весёлого парня… Не она. Как-то горько и безумно больно стало от сознания, что это не она…
Сидел и курил на лавочке, где они о многом рассказывали друг другу… Видел убегающие вдаль серые облака и вспоминал, как она смеялась и кружилась под падающими, резными хлопьями снега… Кое-где уже зажглись фонари, и ему захотелось сходить на аллею, которую они оба очень любили…
Облокотившись на дерево, он заплакал. Нет, не было безумных солёных потоков. Просто рыдало и разрывалось его сердце, и кричала от боли душа. Где-то впереди шла девушка. Она выходила из темноты, медленно идя по аллее и проходя под светящимися жёлтыми фонарями… Она шла… к нему. Наверно что-то спросить или узнать. Только не сейчас. Почему именно он? Вокруг же много людей! Он был не в состоянии что-либо говорить и кому-то что-то объяснять.
Девушка шла, а он достал сигарету и закурил…
- Ты же обещал, что постараешься бросить…
- Ты?!! Я думал… Мне сказали…
Сигарета выпала из его дрожащих рук, упала на белый снег и не потухла.
Огонёк светился в темноте, как единственное спасение, как маяк, как маленький светлячок, как надежда на счастье… В глазах повисли радость и страх, страх проснуться… Проснуться и понять, что она – лишь сон… Но нельзя проснуться, когда не спишь…
Облегчённо вздохнув и выпустив в яркое вечернее небо, с подмигивающими звёздами, облачко прозрачного пара, он прошептал одними губами: «…Оператор ошибся!».
Перед ним стояли и слегка улыбались глаза в серебряном ободке…

16 Слабо?

- А давай наперегонки до горки? – предложил он ей, предвкушая победу.
- Неа, – отказалась она, – Воспитательница сказала не бегать. Попадет потом.
- Струсила? Сдаешься? – подначил он ее и засмеялся обидно.
- Вот еще, – фыркнула она и рванула с места к горке.
Потом они сидели в группе, наказанные, под присмотром нянечки, смотрели в окно как гуляют другие и дулись друг на друга и на воспитательницу.
- Говорила тебе – попадет, – бурчала она.
- Я бы тебя перегнал обязательно, – дулся он, – Ты нечестно побежала. Я не приготовился…
- А спорим, я быстрей тебя читаю? – предложил он ей.
- Хахаха, – приняла она пари, – Вот будут проверять технику чтения и посмотрим. Если я быстрее – будешь мой портфель до дому и до школы таскать всю неделю.
- А если я – отдаешь мне свои яблоки всю неделю! – согласился он.
Потом он пыхтел по дороге с двумя ранцами и бурчал:
- Ну и что! Зато ты не запоминаешь, что читаешь, и пишешь медленнее. Спорим?..
- А давай поиграем, – предложил он, – Как будто бы я рыцарь, а ты как будто бы дама сердца.
- Дурак, – почему-то обиделась она.
- Слабо? – засмеялся он, – Слабо смущаться при виде меня? И дураком не обзываться тоже слабо.
- И ничего не слабо, – повелась она, – Тогда вот что. Ты меня тоже дурой не обзываешь и защищаешь.
- Само собой, – кивнул он, – А ты мне алгебру решаешь. Не рыцарское это дело.
- А ты мне сочинения пишешь, – хихикнула она, – Врать и сочинять – как раз рыцарское дело.
А потом он оправдывался в телефон:
- А не надо было себя как дура вести. Тогда никто бы дурой и не назвал. Я, кстати, и извинился сразу…
- Ты сможешь сыграть влюбленного в меня человека? – спросила она.
- С трудом, – ехидно ответил он, – Я тебя слишком хорошо знаю. А что случилось?
- На вечеринку пригласили. А одной идти не хочется. Будут предлагать всякое.
- Нуу… Я даже не знаю, — протянул он.
- Слабо? – подначила она.
- И ничего не слабо, – принял он предложение, – С тебя пачка сигар, кстати.
- За что? – не поняла она.
- Эскорт нынче дорог, – развел руками он.
А по дороге домой он бурчал:
- Сыграй влюбленного, сыграй влюбленного. А сама по роже лупит ни за что… Влюбленные, между прочим, целоваться лезут обычно…
- Что это? – спросила она.
- Кольцо. Не очевидно разве? – промямлил он.
- Нибелунгов? Власти? Какая-то новая игра затевается?
- Угу. Давай в мужа и жену поиграем, – выпалил он.
- Надо подумать, – кивнула она.
- Слабо? – подначил он.
- И ничего не слабо, – протянула она — А мы не заигрываемся?
- Да разведемся если что. Делов-то, – хмыкнул он.
А потом он оправдывался:
- А откуда мне знать, как предложения делаются? Я ж в первый раз предлагаю. Ну хочешь, еще раз попробую? Мне не слабо.
- Сыграем в родителей? – предложила она.
- Давай. В моих или в твоих? – согласился он.
- Дурак. В родителей собственного ребенка. Слабо?
- Ого как, – задумался он, – Не слабо, конечно, но трудно, небось…
- Сдаешься? – огорчилась она.
- Не, не. Когда это я тебе сдавался? Играю, конечно, – решился он.
- Усложняем игру. Ты теперь играешь в бабушку.
- Правда? – не поверила она.
- 3900, – кивнул он, – Пацан. Слабо тебе в бабушку сыграть?
- А ты в данном случае во что играешь?
- В мужа бабушки, – засмеялся он, – Глупо мне в бабушку играть.
- В де-душ-ку. Как бы ты тут не молодился, – засмеялась она, – Или слабо?
- Куда я денусь-то…
Она сидела у его кровати и плакала:
- Сдаешься? Ты сдаешься что ли? Выходишь из игры? Слабо еще поиграть?
- Угу. Похоже, что так, – ответил он, – Неплохо поиграли, да?
- Ты проиграл, раз сдаешься. Понял? Проиграл.
- Спорное утверждение, – улыбнулся он и умер.

17 Детка и телепат

Вообразите себе долговязую фигуру с нескладными конечностями, с прозрачной кожей, через которую синие жилы видно, и нет никакого намёка на бицепсы… Нет, со здоровьем-то у меня, слава Богу, всё ладно. За обедом запросто две тарелки борща «уговариваю», пару порций второго и еще, как говорится, возможности имею.
Я не из боязливых, от девчонок не прячусь. Это они меня избегают. Бывало, придёшь на пляж, разденешься, а они в мою сторону кивают, смеются, и знакомиться не желают. А мама их ещё и оправдывает: «Они же не собачьего роду-племени, на кости не зарятся».
И до того мне как-то стало за себя обидно, что решил, не откладывая, заняться своей внешностью. Купил книжку про йогов. Начал часами, до зелёных чертиков в глазах, простаивать на голове. Один результат – плешь на затылке появилась.
Однако сдаваться я не спешил, потому что объявилась в нашем городе заезжая знахарка, которая прославилась тем, что враз с человека порчу снимает. По её совету мама целые сутки потчевала меня марганцовкой и на клизмы тоже не скупилась. После всего этого я решил оставаться в том виде, в каком природа сотворила.
Успокоился. На душе стало как-то радостно. И тут мне попалась на глаза брошюрка про Порфирия Иванова, о его «Детке». Прочитал и понял – это для меня. Стал очень вежливым, со всеми знакомыми и незнакомыми здороваюсь. Люди такой моей воспитанности удивляться стали. Улыбаются в ответ. А напарник на работе подозрительно так спрашивает: «Что это с тобой? Взаймы, что ли, налаживаешься?»
А затем случилась со мной глупейшая история.
К холодной воде из душа и прогулкам босиком я, согласно «Детке», кое-как притерпелся. Потом в море решил начать окунаться, невзирая на позднюю осень. И вот как-то чуть свет прихожу на пляж. Там – ни души. Разделся догола, одежду сунул под пенёк, что прибоем на берег выкинуло, и в воду! Уж и ободрало! Но ничего, плаваю, согласно «Детке», стараюсь радоваться. Прошло минут десять. Глянул на берег, и обомлел – на пеньке, не подозревая о том, что там моя защита от внешней среды хранится, сидит симпатичная девушка и книжку читает. У меня от такой ситуации аж судороги начались. Сижу, скорчившись, на мелководье, страдаю мучительно, и стратегию поведения разрабатываю. Гляжу, поодаль куча мусора. Большая такая. Я туда – прикрытие себе какое поискать. Вижу, чуть в сторонке – старая соломенная шляпа валяется. Быстро выскакиваю, глаз с девицы не спускаю, хватаю спасительное «сомбреро», прикрываюсь и шагаю со спокойной совестью прямо к ней.
А девушка сидит, читает. Я вежливо, по «Детке», сквозь зубную дробь здороваюсь, она в ответ радостно заулыбалась. Я решил для приличия сперва разговор завязать:
— О чём таком интересном читаете?
— Да вот, — отвечает, — про телепатию.
— Ага, так вы мысли, наверное, отгадывать умеете.
— Отчасти могу, — отвечает она и светится прямо вся от весёлости.
— Ну, тогда отгадайте, о чем я думаю?
— Это несложно. Вы думаете, что у шляпы, которой вы прикрываетесь, есть донышко, а его нету.
Ох, и смеялись же мы.
После этого – ну когда я уже оделся – познакомились. Встречаться стали. Конечно, часто на пляж гулять ходили. И на днях я понял, что она действительно мои мысли читает. Села моя «ясновидящая» на тот же самый злополучный пенёк, я рядом на песочке примостился. Чувствую – душа поёт. И говорю: «Я тебя люблю». А она совсем не удивилась, как будто и так знала это…
На днях мы заявление в ЗАГС отнесли…

18 Тихо падал снег

Тихо падал снег. Ярко светили звезды, луна взирала на этот мир круглым желтым ноздреватым боком. Фонари, окруженные снежной пылью, наводили на сказочный лад. Редко проезжала машина, во многих окнах уже не горел свет. Москва спала. Мужчина подошел к окну, усмехнулся, сел в кресло, внимательно взглянул на спящий город и закурил.
"e;Что-то на романтику потянуло"e;, — подумал он, погасил сигарету, устроился поудобнее в любимом кресле и стал погружаться в сон.
Около года назад он встретил девушку, которая изменила его жизнь так, как он сам не мог и представить. У нее были зеленые ведьминские глаза, целая копна волос, ниспадающих до пояса и совершенно оригинальные взгляды на жизнь. И он, зрелый мужчина, без малого сорок лет, влюбился как мальчишка. Но самое чудесное то, что девушка тоже полюбила его. Несмотря на двадцать лет и около тысячи километров, разделяющих их. Все ощущения, чувства, эмоции были иными, непохожими на другие, а уж он-то — зрелый мужчина! — повидал и испытал немало. Порой, после очередной "e;страстной ночи"e; с едва знакомой девушкой, призванной избавить его от одиночества, наутро он не помнил ее имени. Зато теперь он знал, что у его любимой чуть солоноватые губы, смуглая кожа, пахнущая совершенно особенно, неповторимо, зеленые глаза, которые, если она злится, становятся почти желтыми, кошачьими, и родинка на мочке левого уха, которую он так любит целовать.
Их первая близость… Мужчина приоткрыл глаза, закурил следующую сигарету и слегка улыбнулся. Конечно, она боялась. И, к тому же, он был у нее первым. Но, черт возьми, эту ночь он не забудет никогда. Она заснула, положив голову ему на грудь, а он все лежал, думал, вспоминал… и вдруг осознал, насколько сильно он ее полюбил. До умопомрачения. До потери пульса и остановки дыхания. Он, опытный мужчина, имеющий в прошлом брак, любил эту маленькую хрупкую девушку, годящуюся ему в дочери, так сильно, что ему просто становилось страшно.
Они стали жить вместе, и, странным образом, он перестал чувствовать себя умудренным опытом стариком рядом с ней. Они общались на равных. Она настолько влилась в его жизнь, что он не мог представить себя без нее. Она была ужасно красивая, и он, конечно, ревновал. Она догадалась, и призналась ему в любви. Красиво это было. Они шли по ночному Арбату, который весь сиял огнями, а она говорила, о том, что кроме него ей никто не нужен, и что она за него отдаст, не думая, свою жизнь. Все это было очень красиво, не пошло, что ли…
А потом они поссорились. Даже непонятно почему. Просто наорали друг на друга, она собрала вещи и улетела. На самолете. За тысячу километров в свой родной город, черт бы его побрал! Вот тогда-то и стало плохо. Он не находил себе места, стал рассеянным и раздражительным, старался как можно больше времени проводить вне дома, вне ИХ дома.
Звонок в дверь вырвал его из мягких лап сна. Нет! Опять приснилось… Как же надоели эти сны, и все про нее, конечно! Зачаровала своими зелеными глазищами, ведьма! Хуже нет, когда просыпаешься, и понимаешь, что это сон, а ее нет рядом. Он обнаружил, что сидит в кресле уже два часа, и за это время успел выкурить почти всю пачку сигарет. "e;Да, плохо. Совсем загнулся ты без нее, старик!.."e; — подумал он. Опять звонок. Странно, кого могло принести посреди ночи?!? Он встал, подошел к двери, открыл ее.
Маленькая хрупкая длинноволосая девушка в коротенькой курточке крепко обнимала мужчину. Тогда, именно тогда он принял решение. Он осознал, что если ее не будет рядом, если он не будет чувствовать ее запах, не будет слышать, как бьется ее сердце, то просто погибнет. А она плакала, тихо, без звука, просто слезы катились по щекам. Или это таял снег?..
"e;Как же долго я тебя ждала!.."e; — наконец произнесла она.
Солнечный луч нагло пробрался через оконное стекло, штору, скользнул по креслу, пепельнице, и, наконец, осветил лицо спавшей девушки. Она чихнула и, проснувшись, протянула руку. Рядом никого не было. Тогда она открыла глаза, и… На столике лежала белая роза (девушка очень любила белые розы), записка и маленькая коробочка. Она развернула записку и прочитала: "e;Я не могу жить без твоих зеленых глаз. Умоляю, будь всегда рядом со мной!"e; Девушка открыла коробочку и увидела там обручальное колечко, внутри которого была выгравирована надпись: "e;Как долго я тебя искал"e;. Слеза тихо скатилась по щеке. И тихо падал снег…

19 Счастье, завернутое в шарф

Обычное осеннее утро. Холодно и сыро. Усталые фонари лениво отражаются в стальном асфальте. На улице ни души. Тихо и пусто. Лишь четкий стук каблуков разрывает эту сонную пелену. И лимонный отсвет фонаря прорезает строгий черный силуэт.
Каждое утро ее жизни начиналось так. Каждое утро она шла на работу по самой длинной дороге, стараясь заметить хоть что-то новое. Она знала этот путь до мелочей, могла описать его со всей точностью, не упустив ни одной детали. Менялись времена года, но неизменными оставались безмолвные прохожие, пустая улица, одинокий фонарь, видевший все на свете и привыкший к любым чудесам. Она приподняла воротник, пряча лицо от холодного ветра, и прибавила шаг. Мысли сонно плыли, незаметно запутываясь в серый клубок. Она пыталась вспомнить, что же надо было обязательно взять, но нить мысли обрывалась где-то посередине. Взгляд привычно скользил по черным, торчащим в разные стороны, веткам.
Телефон! Вот что она забыла! Сегодня должен позвонить Игорь — такая же неотъемлемая часть ее жизни, как и эта пустая улица. Она заранее знала ход их разговора: сначала он спросит о работе, потом скажет, что соскучился, потом предложит встретиться вечером. Он звонил два раза в неделю, по вторникам и пятницам. Потому что в другие дни у него были какие-то важные дела.
"e;Вот и хорошо, что забыла! — подумала она. — Значит, сегодня можно задержаться на работе, вместо того, чтобы бесполезно тратить время, слушая болтовню Игоря"e;. Она была самым перспективным сотрудником в отделе, на нее возлагали большие надежды и не меньшую ответственность. Ни одного пропущенного дня, никакого отпуска за все время работы, только вечная бодрость и образец для подражания.
Она уже почти дошла до остановки, как вдруг мертвую тишину темной улицы разорвал пронзительный, полный бесконечного отчаяния и жуткого испуга, писк. Среди черных страшных кустов белел маленький пушистый комочек. Она подошла к нему и столкнулась с немым вопросом в глазках-бусинках: "e;Почему так холодно и страшно? Почему я один?"e;
И вдруг она все поняла. Поняла, что жизнь проходит мимо, что деньги и карьера — это не главное. Стоит жить лишь для того, чтобы у этого пушистого комочка был свой дом, своя семья, чтоб в глазках-бусинках не стоял безмолвным упреком этот вопрос!
Она первый раз в жизни сделала решительный шаг назад, к своему дому. Теперь по пустой дороге, освещенной бледно-розовым восходом, она несла свое будущее счастье, завернутое в шарф.

20 Моё счастье

"e;…Ну вот, опять она вышла, когда мне понадобилась книга с верхней полки"e; — мысленно проклинала я толи высокую библиотекаршу, толи свой средний рост, толи свою сверхъестественную удачу, при этом изо всех сил пытаясь достать проклятую книгу. В этот момент рука потянулась за книгой, я уже развернулась, чтобы поблагодарить библиотекаршу, но уткнулась носом в грудь… это была мужская грудь… только сейчас я осознала, что рука тоже была мужская… Моему удивлению не было предела… В наше время, обычного парня в библиотеке не застанешь, а тут… я подняла голову и невольно попятилась назад… О Господи, передо мной стоял Аполлон собственной персоной и нежно улыбался… Такого парня встретишь только на какой-то вечеринке в компании воздыхающих девиц, или в фитнес-клубе. Да где угодно, но явно не в библиотеке… Я невнятно пробормотала слова благодарности, схватила книгу и резко метнулась к только что вошедшей но уже успевшей занять своё место молоденькой библиотекарше. Почему-то я сильно рассердилась, бросила книгу на стол и стала ждать когда её внесут в мою карточку (никогда не блистала знаниями заумных слов, поэтому и не пыталась запомнить её название). И вот тут я начала не просто сердится, я пришла в несусветную ярость, так как девушка тоже заметила этого Аполлона, и не сводила с него пристального, я бы сказала оценивающего, взгляда. Он тем временем выбрал книгу, должна заметить довольно философскую (я тоже люблю философию но сегодня решила взять не большого размера любовный роман, и поэтому сейчас под его взглядом густо краснела). Он лёгкой походкой подошёл к работнице, протянул книгу, и попросил её записать, назвав то самое заумное слово, на имя Жандаренко Игоря. Через несколько минут (мне показалось часов) на меня всё таки соизволили обратить внимание. Игорь тем временем направлялся к двери при этом подмигнув толи мне, то ли библиотекарше, но улыбнулась в ответ только вторая. Спустя минуту я злая, как доберман, выскакивала на улицу.
Целую неделю я думала про него, про Игоря… Сначала с ненавистью, потом просто думала, а со временем поняла что я думаю о нём постоянно. Все подруги дружно заявили, что со мной стало невозможно общаться (как будто раньше было легче), но при этом решили, что они привыкнут. И вот прошло около 2-ух недель, я как всегда шла с библиотеки, полностью погрузившись в чтение. Тут моей ноги коснулось что-то холодное и, судя по, всему железное. Я подняла голову и увидела, что моей ноги касается бампер какой-то иномарки (в машинах я, конечно, тоже не разбираюсь). Единственное, что я успела сделать, это очень правдоподобно упасть на асфальт, чтобы хоть как-то проучить наглого посягателя на мою жизнь, и уже в следующее мгновение я об этом пожалела. Меня подхватили чьи-то сильные руки и несли по направлению к машине, я открыла глаза и буквально слетела с рук незнакомца (точнее очень даже знакомого). И уже с земли (падать, между прочим, было больно) я наблюдала как ко мне наклоняется Игорь. Его руки были такими тёплыми а голос таким бархатным, что захотелось потерять сознание… Это глупое желание вскоре улетучилось я вскочила на ноги и начала кричать на невнимательного водителя (кричу я так, что дай Боже, и поэтому все люди в районе 200 м застыли, и с широко раскрытыми глазами наблюдали за нами, Игорь глупо улыбался и пытался меня образумить), образумить меня ему не удалось и поэтому он начал меня буквально заталкивать в машину… Когда я всё же заняла место возле водителя, машина тронулась а я немного успокоилась и уже тише произнесла:
- Да, куда ты смотришь, ты же чуть человека не угробил.
- Тебе, между прочим, тоже следовало бы следить за дорогой.
- Это тебя не оправдывает, если я тебя не видела, ты должен был меня заметить.
Он виновато посмотрел, и сказал:
- Извини, я задумался.
- О чём, чёрт возьми, можно думать за рулём, ты меня чуть не убил — вновь набросилась я, при этом, размышляя, как же существовал бы дальше без меня этот мир.
Он наклонился так, что я услышала его дыхание, а хриплый голос заставил меня содрогнуться:
- Я думал… о тебе…
Мои глаза превратились в 5 копеек, а потом я решила, что говорит он всем такое, и на вопрос "e;куда едем?"e; я быстро сообразила и ответила "e;в супермаркет"e;. Он довёз меня до указанного места, нехотя выпустил из машины, скользнул взглядом по зданию, завёл мотор и уехал (честно, я обиделась, осмотрел здание, а на меня даже не взглянул). Это был мой любимый супермаркет, а любила я его за то, что находился он в 2-ух шагах от моего дома. За покупками я хожу каждый день, потому что мне постоянно хочется чего-то вкусненького, новенького и необыкновенного. Я быстро внесла свою львиную долю в процесс опустошения прилавков, расплатилась и пошла домой. Дома я успела спалить все, что хотела пожарить, разварить все, что пыталась сварить, и испортить последнюю упаковку вермишели, опустив её в холодную воду, и виноват во всех моих бедах (будь он проклят)… Игорь.
Лень у меня конечно велика, но чувство голода пересилило, я оделась и направилась в магазин. В этот раз я скупилась в 2 раза больше обычного (на всякий случай). И теперь медленно брела к выходу. Но не успела я выйти, как на меня налетел какой-то сумасшедший. Я могла бы догадаться, кто это был (с моим счастьем это мог бы быть только один человек). Передо мной стоял, а точнее сидел и собирал мои безнадёжно разорванные пакеты Игорь (я в это время полусидела, полулежала на тротуаре, как всегда, проклиная судьбу), слов у меня уже не было, поэтому я ухватила уцелевшие пакеты и направилась домой. Голода я уже не чувствовала. Но моей злости хватило бы, чтобы взорвать если не всю планету, то Евразию с Африкой смогла бы… Я кинулась на диван, включила свет и попыталась сосредоточиться на чтении, но перед глазами стоял высокий парень с широкими плечами, мощной грудью. В объятьях которого можно было согреется даже на Антарктиде и защитится от целой армии, а в зелёных глазах утонуть… Со временем злость прошла, вот если бы также прошли и все мысли о нём, но нет (в принципе на что я рассчитывала со своим счастьем)… Он преследовал меня по всюду… И тут на выручку пришли подруги, ещё месяц назад они начали говорить, что с концертами к нам приезжает Bon Jovi. И как я могу пропустить концерт любимого певца…
…Собиралась я около часа (ну у меня час приравнивается 2-ум) перемерев все свои наряды, я остановилась на коротком розовом платьишке, чёрных сапожках на высоком каблуке и небольшой сумочке тоже чёрной. Уже через пол часа я сидела на своём месте в первом ряду в ожидании приятного вечера, но не тут то было (да и как он может быть приятным с моей то удачей, будь она не ладна). Как раз во время моей любимой песни появился опоздавший гражданин. Я обернулась, чтобы посмотреть на этот образец бескультурья и моя челюсть отвисла… Да это был он… Игорь… Он меня тоже узнал, улыбнулся и занял своё место. Я уже собиралась погрузится вновь в атмосферу приятной музыки, Игорь сидел сразу за мной, и начал мне что-то шептать над ухом, что очень меня отвлекало… в перерыве я устала это слушать и на четвереньках вскарабкалась на сцену и объявила:
- Попросим на сцену Игоря Жандаренко.
Он казалось бы даже не удивился (и в отличии от некоторых поднялся на сцену по ступеньках) подошёл ко мне взял мои руки в свои и сказал:
- Солнышко, ты выйдешь за меня? — зал залился аплодисментами…
…Я взяла две книги: роман и что-то философское подошла к библиотекарше, гордо выпрямилась и сказала:
- Запишите, пожалуйста, эти книги на формуляр Жандаренко Полины, — улыбнулась и подумала "e;Как бы жила я без своего зеленоглазого счастья"e;.

Комментирование на данный момент запрещено, но Вы можете оставить ссылку на Ваш сайт.

Комментарии закрыты.